Олег Вещий (arctus) wrote,
Олег Вещий
arctus

Латвия потеряла от независимости €500 млрд и населения – 1 млн


Экс-депутат сейма Латвии Владимир Бузаев оценивает экономические потери республики за годы независимости в 500 млрд евро, а людские — в 1 млн человек. Цифры по Литве и Эстонии. «Почему Прибалтика не стала Финляндией?»
**
"Экономический ущерб, нанесенный СССР в целом, при условии его развития с реально достигнутыми темпами годового прироста в 1,5%, составляет фантастическую сумму в 52 трлн долларов. ... Потери населения — 75 миллионов человек, почти втрое превышают потери в Великой Отечественной. Такова цена выбора, сделанного нами или за нас в 1991 году." - из интервью.


Известный правозащитник, сопредседатель Латвийского комитета по правам человека, депутат 8-го и 9-го Сейма республики Владимир Бузаев прокомментировал «Росбалту» предварительные выводы комиссии по подсчету ущерба, нанесенного Латвии в советский период.

Комиссия по расчету ущерба, нанесенного ВВП Латвии «советской оккупацией», оценила его в 185 млрд евро. Кроме того, отдельно оценен «демографический ущерб» и «ущерб окружающей среде» — еще в несколько десятков миллиардов каждый. Как получились эти цифры?

— Комиссия работает уже 11 лет, а расчеты у нее все предварительные. Можно сказать, что нет предела совершенству.
Что касается оценки ущерба ВВП, то методика здесь проста. Предполагается, что удельный ВВП (т. е. на душу населения) у гипотетической независимой Латвии в период с 1951 по 1990 гг. был бы таким же, как у Финляндии. Потом он умножается на реальную численность населения Латвийской ССР за соответствующий год, от получившейся величины отнимается реальный ВВП ЛССР, и цифры за весь расчетный период суммируются.

Что касается демографического ущерба, то из материалов комиссии следует, что 2/3 прямых человеческих потерь — это эмигранты военного времени, уехавшие с территории, контролирировавшейся немецкими войсками, за которых России нечего предъявлять. Тогда уж нужно США и Великобританию, тоже «вложившихся» в разгром нацизма, на счетчик поставить. Тем более, что эмигранты из Латвии как раз ВВП этих стран и поднимали. Еще почти 1/3 потерь это население присоединенной в 1944 году к РСФСР бывшей Абрене, на 90% состоявшее из этнических русских. На долю сталинских высылок остается около 10% потерь, а «убыль» после 1950 года (в основном Афганистан и Чернобыль) составляет около 1%.

Насчет оценки этих и других (например, экологических) потерь в рублях или в евро комиссия пока спорит. Хотя, на мой взгляд, все они прямо влияют на уже рассчитанный «недополученный» ВВП, и комиссия просто хочет вкатить России один и тот же ущерб дважды.

Вам принадлежит исследование «Вечная оккупация или нетленные останки СССР», в котором значительное внимание уделено расчету убытков, нанесенных Латвии в наши дни, как вы считаете, ее же правительством. Вы также провели сравнение нынешних экономических «достижений» с развитием довоенной Латвии. Каковы основные выводы ваших изысканий?

— Я, следуя методике комиссии, предположил, что Латвийская ССР как будто бы продолжает жить после 1990 года со скромными показателями экономического и демографического роста, реально достигнутыми в последнюю советскую пятилетку. И сравнил полученный результат с реальной массовой депопуляцией и темпами роста капиталистической экономики, похожими на пульс лихорадочного больного.

В целом получаются экономические потери в
500 млрд евро. Людские же — около миллиона человек: в реальности не родившихся, преждевременно умерших или просто не пожелавших жить в Латвии.

Промежуточным результатом следования этой методике является установление связи уровня советской и нынешней экономики, включая привязку рубля 1990 года к тогдашнему доллару (80 копеек) и теперешнему евро. Получается, что доходы домохозяйств в тогдашней (с учетом общественных фондов потребления) и нынешней Латвии примерно одинаковы и 25 лет независимого «развития» потрачены впустую.

Если в 1990 году (по оценкам ЦРУ) Латвийская ССР по удельному ВВП занимала в мире почетное 20-е место (между Новой Зеландией и Кувейтом), то сейчас она уже на 54-м месте. Это падение характерно и для других республик бывшего СССР (например, Украина с 28-го места откатилась на 121-е, рядом с Гватемалой).

Что касается сравнения второго периода независимости с первым, то тогда Латвии почти удалось восстановить имперский валовый объем промышленности (сейчас — 68% от советского) и значительно улучшить сельскохозяйственное производство (сейчас — 72% от уровня 1990 года).

В основу расчетов латвийской и аналогичной эстонской комиссии положено гипотетическое сравнение стран Балтии с Финляндией. Вот если бы Латвия, Литва и Эстония не были «оккупированы» в 1940 году, то они добились бы в настоящий момент не меньших результатов. Это была бы история успеха? И как бы она отличалась у всех трех стран?

— В действительности темпы роста удельного ВВП Финляндии в последние 50 лет советской власти были пятыми в Европе, далеко опережая темпы роста экономики США, Канады и ФРГ. Это, конечно, связано с умелой эксплуатацией ресурсов громадного и безалаберного соседа. Например, в 2014 году первой статьей импорта Финляндии была сырая нефть, а экспорта — нефтепродукты. На добавочную стоимость, полученную от этого нехитрого гешефта можно не только Nokia, но и целую Силиконовую долину построить. В свою очередь, страны Балтии никакого прагматизма по отношению к России не испытывали и не испытывают, и, соответственно, шансов, чтобы они развивались такими темпами как Финляндия, у них просто нет.

К тому же в момент инкорпорации по удельному ВВП Латвия существенно отставала от Финляндии, зато ее показатели были весьма близки к показателям инкорпорировавшего ее СССР. Это следует из работы Колина Кларка (1940), британского экономиста, которого комиссия цитирует весьма выборочно.

По Кларку, у Литвы удельный ВВП был в 1,5 раза меньше, чем у сталинского СССР. После инкорпорации (сопровождающейся существенным приростом территории) темпы развития именно Литвы, по самым пессимистическим оценкам, были заметно выше, чем у взятой в качестве базиса для сравнения Финляндии. За 30 последних советских лет численность этнических латышей выросла только на 7%, а литовцев (при той же исторической судьбе) — на 35%. Им бы серп и молот по справедливости следовало бы разместить на своем национальном флаге.

Что касается Эстонии, то она в 1990 году была первой в СССР по уровню удельного ВВП и доходам на душу населения, превышая средний показатель почти в 1,5 раза. В момент инкорпорации это превышение было только на 6%.

В Латвии наблюдается тот же эффект «страданий под гнетом»: в момент поглощения удельный ВВП на 8% больше среднего, обретения свободы — на 32%.

Критики СССР причиной развала страны называют системный кризис, доказывая, что развал был неизбежен, продукция неконкурентоспособна, общество потеряло идеалы и было разобщено. Если бы в своих расчетах вы шли по сценарию «негативного роста», то какими могли бы быть выводы?

— Не знаю, какие идеалы общество обрело в период власти «демокрадов» и бандитского разгула 90-х, зато можно рассчитать, что оно потеряло.

Динамика удельного ВВП СССР в последнюю советскую пятилетку, по мнению многих западных экономистов, оставалась позитивной по 1989 год включительно. В 1990 году, по мере превращения перестройки в перестрелку, последовал спад на 3%, а в 1991 — еще на 7%.

Средний годовой коэффициент прироста за 4 года «ускорения», тем не менее, был крайне незначителен — 1,5%. А у Китая со своим вариантом перестройки почти такой же, как у Латвийской ССР, — 4,3% в год.

Но после 1991 года обрушилась экономика всех 15 советских республик.
Экономический ущерб, нанесенный СССР в целом, при условии его развития с реально достигнутыми темпами годового прироста в 1,5%, составляет фантастическую сумму в 52 трлн долларов. Это примерно в 140 раз больше величины суммарных затрат США на осуществление космических программ «Аполлон» и «Шаттл». Потери населения — 75 миллионов человек, почти втрое превышают потери в Великой Отечественной. Такова цена выбора, сделанного нами или за нас в 1991 году.

Сторонники теории оккупации полагают, что реальных инвестиций СССР в Балтию не было. Вся прибыль, полученная народным хозяйством Латвийской ССР, остававшаяся после покрытия расходов «оккупационной армии», забиралась для реализации других целей за пределами Латвии. И хотя по темпам роста производства республика мало отставала от стран Скандинавии, то отставание по качеству жизни населения в период оккупации из года в год увеличивалось. То есть практически в Латвии реализовалась «колониальная политика». А теория о «братской помощи» реанимируется Россией, чтобы поставить под сомнение жизнеспособность государств Балтии. Как вы прокомментируете это утверждение?

— Ну, по темпам прироста удельного ВВП СССР в целом (не говоря уж о более динамичной Латвийской ССР) опережал такие страны Скандинавии, как Швеция и Дания, и разрыв в уровне жизни, соответственно, сокращался.

Что касается баланса обмена между республиками, то на 1990 год мне удалось сопоставить отношение удельного ВВП и доходов на душу населения. С коэффициентом больше единицы оказалось 6 республик-доноров: Казахстан (1,37), Азербайджан (1,24), Туркменистан (1,2), Эстония (1,16), Литва (1,14), Россия (1,12). У Латвии и Украины коэффициент в точности был равен единице — то есть насколько зарабатывали, настолько и жили.


Но так было не всегда. По Прибалтике дважды прошла линия фронта, три года здесь хозяйничали нацисты, и народному хозяйству Латвии был нанесен прямой ущерб в 20 млрд «сталинских» рублей. Это составляет 19 годовых ВВП Латвийской ССР начала 50-х годов. Для сравнения, общий ущерб, нанесенный войной СССР в целом, составил лишь около трех довоенных ВВП. Понятно, что республика сама восстановиться не могла, а ей помогали те районы страны, до которых не добрался Вермахт.

Насколько работа комиссии по подсчету ущерба полезна не только историкам, но обществу в целом? Можно ли считать ее площадкой для диалога? Не отвлекают ли ее результаты общественность от оценки реальных результатов хозяйствования этнократического режима, за четверть века так и не сумевшего догнать «преступную тоталитарную» Латвийскую ССР?

— Комиссия была создана правительством по решению Сейма, принявшего 12 мая 2005 года декларацию о «преступном тоталитарном оккупационном» режиме СССР. Это было через неделю после сорванного активистами Штаба защиты русских школ торжественного мероприятия у памятника Свободы, посвященного 15-летию принятия Декларации о восстановлении независимости.

Храня еще в памяти недавнюю стычку с полицией, при обсуждении проекта декларации в парламенте я не особо выбирал выражения и сказал буквально следующее: «Ритуальные танцы у костра с целью вызвать дождь — элемент культуры любого народа, находящегося на ранней стадии своего развития. Достойным продолжением этой древней традиции можно считать различные декларации об оккупации, которые время от времени попадают на рассмотрение в Сейм. Разница между шаманскими заклинаниями и этими декларациями только одна — сколько ни танцуй, дождя не будет. Некоторым умным людям иногда удавалось менять будущее, направляя его в нужном направлении, но прошлое не удастся изменить даже 100 круглым дуракам, собравшимся в прямоугольном зале».

Через почти 12 лет я не хочу отзывать ни слова из сказанного тогда. Могу лишь добавить, что само существование комиссии лишь отдаляет заветную мечту Атмоды (Пробуждение — традиционно принятое в историографии название латышского национального движения. — прим. авт.) жить, как в Финляндии, — в связи с соображениями о необходимости сотрудничать для этого с восточным соседом, высказанными выше.
Беседовал Петр Жук, Рига
Росбалт
Полезное и интересно, но, правда, вопросы словно робот задаёт.
=Arctus=

Tags: Прибалтика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments