Олег Вещий (arctus) wrote,
Олег Вещий
arctus

Categories:

Белые были «За единую и неделимую!» Без Польши и Финляндии


Тем, кто кричит, что большевики де по Брестскому миру дюже удружили Германии, взяли и отдали территории. Всё сложнее, господа-товарищи либерал-квазимонархисты. Белые тоже были в этом смысле не пушистые. Ситуация с территориальной целостностью не была полностью ни в руках красных ни в руках белых. Белым, в частности, пришлось считаться с аппетитами возникшего с Февралём 1917-го парада суверенитетов.

Автор публикации – К. Перепеловский (1903, Кубань — 5 мая 1992, Париж), в юношестве участник Добровольческой армии, эмигрант, экс-генеральный секретарь Главного правления Общества Галлиполийцев во Франции, в своё время начальник Европейского отдела Русского общевоинского союза (РОВС).



«... Нужно, в первую очередь, расшифровать содержание одной из руководящих идей Белой борьбы, выраженной в формуле "Единая и неделимая", по отношению к двум государстнвен-ным новообразованиям, возникшим на развалинах Российской империи после революции 1917 года, к Польше и Финляндии. В девизе этом поляки видели будто бы угрозу самому существованию независимого Польского государства (см. выше "Заявление", подписанное генералами Тарчинским и Скварчинским). Относительно этих опасений, как увидим дальше, следовало бы напомнить обоим генералам некоторые факты.

14 мая 1919 г. французский премьер-министр Клемансо, от имени "союзных и примыкающих к ним держав", обратился к Верховному Правителю адмиралу Колчаку с официальным заявлением, в котором ставил одним из прочих условий оказания помощи матеоиальной поддержкой адмиралу Колчаку, и "тем, кто примыкает к нему" признание адмиралом независимости Польши и Финляндии.

Ответ адмирала Колчака, отправленный 4 июня 1919 г., заключавший в себе существенные мотивы многократных заявлений самого адмирала, генералов Деникина и Юденича, взгляды широких слоев русской общественности самых разных политических оттенков, кроме, конечно, "самостийных", так же как и подавляющего большинства командного состава и офицеров белых армий, гласил:

"Признавая, что естественным и справедливым следствием войны (1914-18 гг.) является создание единого польского государства, русское правительство (адмирала Колчака) считает себя вправе подтвердить независимость Польши, объявленную 17 марта 1917 г. Временным правительством России, все распоряжения и обязательства которого мы приняли на себя.
Окончательная санкция определения границы между Россией и Польшей в соответствии с вышеприведенными основаниями должна быть отложена до созыва Учредительного Собрания".

В вопросе о признании независимости Финляндии добавим, что Временное правительство "не успело" до своего падения признать таковую, почему в своем ответе адмирал Колчак, признавая финляндское правительство "де факто", ставил окончательное решение финляндского вопроса в зависимость от санкции опять-таки будущего Учредительного Собрания.

С своей стороны, генерал Деникин (сам по происхождению наполовину поляк, так как мать генерала Деникина, урожденная Вржесинская, полька из гор. Стрельно, в германской Польше, до конца своей жизни в 1916 году, по свидетельству генерала Деникина, плохо говорившая по-русски) написал в своих "Очерках русской смуты":

"Мое признание независимости Польши было полным и безоговорочным, и я лично относился с полным сочувствием к возрождению Польского государства. До падения Германии (11 ноября 1918 г.), когда Польша еще находилась в австро-германских тисках (территория Польши была в то время еще зккупирована немцами и австрийцами), я формировал в Добровольческой армии польскую бригаду "на правах союзных войск", с самостоятельной организацией и польским командным языком. Часть этой бригады под начальством подполковника Малаховского приняла кратковременное, но видное участие в боях на Ставропольском направлении. Когда в декабре 1918 г. в водах Черного моря появились союзные корабли, французские и английские, я отправил польскую бригаду со всей ее материальной частью на русском пароходе в Одессу, откуда она двинулась на родину, на присоединение к польской армии.

В конце мая 1918 г. в штаб армии приехал из Киева, еще занятого немцами, полковник Зелинский в качестве представителя негласной организации, образовавшейся из состава разгромленных и распущенных немцами польских корпусов русской армии. Впоследствии его полномочия были подтверждены "главным комитетом польских войск на Востоке", подчиненным парижскому польскому "Верховному национальному комитету".
С начала 1919 г. на территории Вооруженных сил Юга России (ВСЮР) находился уполномоченный этого комитета, признанного Антантой, граф Бем-де Косбан".


Во время Крымского периода Белой борьбы, при сменившее генерала Деникина ча посту Главнокомандующего ВСЮР генерале Врангеле в числе других иностранных военных миссий, английской, французской, американской, японской и сербской, была уже и польская миссия. В июле 1920 г., с согласия польского правительства был командирован из Крыма в Варшаву военный представитель генерала Врангеля генерал Махров, в задачу которого, среди других, входило формирование в пределах Польши из остатков отрядов Булак-Балаховича и полковника Пермыкина и из русского населения Польши – 3-ей русской армии (в Крыму были 1-я и 2-я армии), до соединения польского фронта с войсками генерала Врангеля - под общим оперативным руководством польского командования. В сентябре 1920 г. начальник польской военной миссии в Крыму уведомил генерала Врангеля о том, что польское правительство изъявило свое согласие на формирование в Польше русской армии численностью до 80 тысяч человек, которая должна была быть выдвинута на правый фланг польского Волынского фронта.

"Представители польского правительства в Крыму продолжали заверять меня, – написал генерал Врангель- в своих "Воспоминаниях", – об искреннем желании поляков войти в соглашение с нами. Прибывший из Варшавы в Крым в сентябре член польской военной миссии князь В. С. Любомирский заявил, что руководящие польские круги чрезвычайно сочувственно относятся к заключению союза с генералом Врангелем и он, князь Любомирский, был убежден, что союз этот будет заключен в самом ближайшем будущем". Из сказанного выше можно заключить, что у генерала Врангеля, также как у адмирала Колчака и генерала Деникина, признание полной независимости Польши было самим собой разумеющимся и не требовало с его стороны никаких особенных и специальных деклараций.

Трудно и представить себе какое-нибудь другое, более определенное признание полной самостоятельности Польского государства вождями Белого движения.
Оставался нерешенным один только вопрос об установлении границы между Россией и Польшей.
...
Парижское русское политическое совещание (бывшие российские послы, Маклаков – во Франции, Гире – в Италии, Бахметьев – в США и бывший министр иностранных дел Извольский, под председательством первого председателя Временного правительства кн. Львова) и противоболышевистские правительства в Омске и в Екатеринодаре, все были совершенно единодушны в основах своей польской политики;
сохранение временной границы, намеченной Верховным союзным советом, этнографическое начало, как база окончательного разграничения, и - санкция будущего Учредительного Собрания.

Если все они так откладывали установление окончательной русско-польской границы на этнографической базе, совместно польской и будущей русской властью, как это предусматривало решение Верховного союзного совета, то вовсе не потому, что "не признавали" независимости Польши, а просто потому, что невозможно было и вообразить себе принятие такого важного решения в тогдашнем хаосе международной и междоусобной борьбы, при наличии все время меняющихся фронтов и полной невозможности переписи населения, проживающего в приграничной местности, и это убеждение полностью разделяли и союзники».
_____________________
См. «Белое Движение на Юге России в 1919 году и маршал Пилсудский», журнал "Кадетская перекличка" № 33.


Tags: Гражданская война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments